Войны памяти...: Рецензия на книгу Шнирельмана...

[Lion]

РЕЦЕНЗИЯ НА КНИГУ ШНИРЕЛЬМАНА «ВОЙНЫ ПАМЯТИ. МИФЫ, ИДЕНТИЧНОСТЬ И ПОЛИТИКА В ЗАКАВКАЗЬЕ.»

В далекой юности, посмотрев фильм «Расемон» с Тосиро Мифунэ, я начал подозревать, что правда у каждого своя. Прочтя книгу Шнирельмана В.А. «Войны памяти. Мифы, идентичность и политика в Закавказье» ИКЦ «Академ Книга, М. 2003, 592 с.», я понял что не ошибался. Автор, известный специалист по проблемам «этнологии, археологии, истории первобытных обществ и этнополитики XX века», исследует природу этнических конфликтов в Закавказье. Чтобы написать книгу, задуманную (по словам автора) еще осенью 1988 г., ему понадобилось 15 лет. Задача огромной важности, тем более, что за эти 15 лет, конфликты в Закавказье никак не «рассосались» сами собой, а приняли вялотекущую форму с опасностью повторных рецидивов. Одних только книг и статей Шнирельману В.А. пришлось изучить около 1000. И надо полагать, что все они были внимательно изучены и объективно отражены в книге, дабы неискушенный читатель сразу бы понял, кто прав, а кто виноват. В книге есть разделы, исследующие причины армяно-азербайджанского конфликта, связанного с проблемой Нагорного Карабаха, грузино-абхазского и грузино-юго-осетинского конфликта. Выскажу свое мнение относительно части I книги «Армяно-азербайджанский конфликт», состоящую из 15 глав, изложенных с 33 по 246 страницу.

[Lion]

Первое впечатление, которое складывается после внимательного прочтения части I, что своей главной задачей автор считает борьбу с идеей автохтонности (аборигенности армян), то есть тем фактом, что армянский народ в обозримом историческом прошлом, непрерывно занимал территорию, известную географии, как Армянское нагорье. Для оспаривания этого факта, автор ссылается на научную дискуссию, которая интенсивно велась в течение 70-80 гг. XX века. Одна сторона, так называемые «миграционисты», позиции которых наиболее последовательно защищал ныне покойный ленинградский ученый И.М Дьяконов, утверждала, что армянский народ, сформировался в VI веке до н.э., на территории Армянского нагорья за счет миграции с Балканского п-ова племен мушков в начале XII века до н.э. Так по крайней мере была представлена суть проблемы, в известной книге Дьяконова И.М. «Предыстория армянского народа. История Армянского нагорья с 1500-500 гг. до н.э. хурриты, лувийцы, протоармяне».

Основными соображениями, которыми по сути руководствовались «миграционисты» были: 1. Предполагаемая близость армянского и фригийского языков;
2. Близость (идентичность) вооружения армян и фригийцев.

Однако с накоплением научных фактов в 1980 г. Дьяконову И.М. пришлось признать: «С учетом всего этого, не может быть и речи о близком родстве фригийского с армянским; все имеющиеся совпадения охватывают большее число языков, чем эти два и притом таким образом, что нет возможности делать вывод об особых родственных связях между этими двумя языками». Убедиться в этом может каждый, прочитав с. 408 сборника «Древние языки Малой Азии» под ред. Дьяконова И.М. и Иванова В.В., Москва; Прогресс, 1980 г.

Теперь о втором тезисе, об идентичности вооружения армян и фригийцев, отмеченной еще Геродотом (интересно сам Геродот видел ли хоть одного вооруженного фригийца?). При урартском царе Менуа, урарты переоснастились перейдя с хуррито-лувийского вооружения на ассирийское, однако урартов с ассирийцами последующие 200 лет никто не путал, также и сейчас никто не путает индийцев с китайцами, китайцев с вьетнамцами и т.д., армии которых вооружены одинаковым советским (российским) оружием.

[Lion]

Теперь что касается объективности Шнирельмана В.И. в части представления читателям фактического материала. На с. 86 он пишет: «Ведущий журнал Академии наук Армянской ССР устроил круглый стол по проблеме происхождения армянского народа, из столичных ученых к участию в нем были приглашены те, кто разделял концепцию аборигенности армянского народа на Армянском нагорье (Широков 1980, Клычков 1980). Дьяконову на этом форуме места не нашлось». Прочитаем, уважаемые, что писал Дьяконов И.М. по поводу своего отказа от приглашения принять участие в этом круглом столе: «Хотя меня приглашали принять участие в дискуссии, я пока не считал нужным в ней выступить, поскольку в упомянутой книге (Предыстория армянского народа, Е. 1968 г.), высказал и очень подробно аргументировал свою точку зрения на эту проблему, поскольку хотелось подождать, пока участники дискуссии выдвинут новые факты, к которым я мог бы присоединиться, или по поводу которых можно было бы поспорить, – см. Дьяконов И.М «К проистории армянского языка (о фактах, свидетельствах и логике)». Историко-филологический журнал АН Арм ССР №4, 1983 стр 149-150.

То есть утверждение Шнирельмана о неприглашении Дьяконова И.М. принять участие в работе круглого стола не соответствует действительности. Более того – это объемистая (около 30 страниц) полемическая и во многом спорная статья была напечатана именно в этом, как утверждает Шнирельман В.А., ведущем академическом журнале. Дальше, больше. В этой же работе Дьяконов, по существу, соглашается с выводами своих оппонентов Клычкова Г. и Широкова О.С., в том, что:

1. Армянский язык является индоевропейским и занимает свое особое, центральное место среди восточно-индоевропейских языков.
2. Что он выделился из индоевропейской языковой общности минимум 3000 лет до н.э.
Что оспаривает Дьяконов у Клычкова Г. (причем, с ссылкой только на свои работы), что армянский язык сохранил фонетику праиндоевропейского языка.

[Lion]

Теперь о теории происхождения индоевропейцев. В начале 80-х годов XX века, ученые лингвисты Гамкрелидзе Т.В. и Иванов В.В. сочетая сравнительную лингвистику с палеоботаникой, палеозоологией, этнографией, археологией и историей, обобщив таким образом результаты научных исследований индоевропейской проблемы предшествующих 100 лет, выдвинули и обосновали новую теорию происхождения индоевропейцев. Согласно ей, прародина индоевропейцев находилась на полуострове Малая Азия к северо-западу от Армянского нагорья. Эта теория доказала, что индоевропейцы расселились по просторам Евразии именно из высокогорных районов Малой Азии, примыкающих к армянскому нагорью (а не Балканского полуострова или северного Причерноморья). Естественно, что детализация места нахождения их прародины, с той точностью, с которой обычно требовал Дьяконов у своих оппонентов (с указанием долготы и широты, с точностью до минут), да в добавок за прошедшие 5000 лет сложна, учитывая слабую археологическую изученность этой части Армянского нагорья, которая была насильственно включена в состав Османской империи. По этой же причине, даже казалось бы, изученные вдоль и поперек, урартология, хеттология и ассирология периодически пересматриваются в связи с появлением новых научных фактов. По этой же причине якобы «сурово» (с 84) раскритикованные Дьяконовым А.М. воззрения Хачатряна В.Н., Мнацаканяна А. есть по сути обычная научная дискуссия, с той лишь разницей, что Дьяконов имел привычку ссылаться только на свои работы и обычно считал нужным делать то, от чего строго настрого предостерегал других исследователей (например об использовании аргументов топонимики и этнонимики в научных спорах, см. с. 15 книги «Предыстория армянского народа» Е. 1968). Подробную и аргументированную критику воззрений Дьяконова и миграционной теории, Шнирельман может найти в книге Гамкрелидзе Т.В. Иванова В.В. «Индоевропейский язык. Индоевропейцы» Тбилиси 1984, том II, с 967-969. Это, что касается сути, описанной Шнирельманом научной дискуссии об аборигенном происхождении армянского народа.

[Lion]

Теперь об общем тоне книги, духе и объективности изложения исторических и современных фактов, призванных создать у русского (русскоязычного читателя) мнения об армянах, как закоренелых, твердолобых и оголтелых националистах, не способных к восприятию «великих либеральных ценностей современного глобализованного мира».

На с. 44 армянкам ставится в вину ношение в виде украшений «причудливо изогнутых золотых армянских букв». Во-первых, это большая редкость, почему то подавляющее большинство армянок предпочитают носить кресты. Во-вторых, с тем же успехом можно вменить мусульманкам ношение украшений с мусульманской символикой, а иудеям, например — звезды Давида.

На с. 46 упоминается (видимо как порочащий армян и действующий на подсознание читателя) факт существования большой армянской диаспоры. С трудом верится, что Шнирельману неизвестен факт проживания вне исторической родины большей части евреев, ирландцев и тех же абхазов. Большие диаспоры имеют азербайджанцы, турки, сербы, индийцы, китайцы, вьетнамцы, русские и многие другие народы. Причем, если диаспоры армян, ирландцев и некоторых других народов возникли в результате примененных по отношению к ним геноцидальных практик, то у остальных народов причины возникновения носят в основном экономический характер (китайцы, индийцы, турки и др.)

На той же с. 46 сообщается читателю, что секретарь ЦК КП Армении Агаси Ханджян «в соответствии с веяниями времени вел борьбу с русским шовинизмом». Откуда это известно автору, он что читал «отчетный доклад» А. Ханджяна о борьбе с «русским шовинизмом»?

На с. 77 автор с непонятной иронией отзывается об армянском поэте Эмине, который «не жалея красок» воспевал хранилище древних армянских рукописей Матенадаран, как ценнейшую сокровищницу армянского народа. А почему известный армянский поэт не должен был этого делать? Если всего лишь из одной рукописи Матенадарана («История Агван» Мовсеса Кагантваци), азербайджанские историки за 40 лет ухитрились скроить себе древнюю историю, то каковая истинная ценность Матенадарана? Может быть, еще кому-то нужна история? И не грозит ли Матенадарану участь недавно разгромленного багдадского музея Древней истории, экспонаты которого всплывут, скорее всего, в частных коллекциях заокеанских «либералов». А потом, лет через 50, лягут может быть, в основу музея древней истории новой «сверхлиберальной империи»?

[Lion]

Преодолев множество испытаний, и став, к сожалению, малочисленным народом, армяне на свою беду ухитрились сберечь множество ценнейших свидетельств многовековой духовной и материальной культуры, а самое главное сохранили за собой геополитически важное положение в Закавказье. Поэтому задача физического выдавливания армян из всего закавказского и ближневосточного региона была и остается актуальной для Турции и ее союзников. Частично это было осуществлено в 1978 г. с привлечением ливанских маронитов (при мощной поддержке частей регулярной израильской армии), когда были блокированы армянские кварталы Бейрута.

По странному совпадению именно в эти годы США с легкостью приняли на постоянное проживание сотни тысяч ближневосточных армян. Осуществляемая в течение уже 15 лет транспортная блокада Армении служит той же цели, – обезлюживанию Армении. Шнирельман В.А. неоднократно (с 38, 68, 96) упрекает армянских политиков и историков в культивировании «антитюркского подхода». Давайте уточним. Термин «тюрок» включает в себя туркменов, узбеков, казахов, татар, уйгуров и др., с которыми армяне прекрасно ладят как на государственном, так и на личном уровне общения. Поэтому перенос отношения армян к потомкам османов на тюрок вообще, является очень хорошо продуманной и дальновидной провокацией для создания антиармянских настроений среди дружественных или нейтральных стран и народов. Не очень понятно, почему же «антитюркская идентичность армян ведет к изоляции от мирового сообщества» (с. 38). Это что, Турция уже вошла в число стран с развитыми демократическими институтами, или имеет четко работающую систему защиты прав национальных меньшинств, или, может быть, признала геноцид армян, греков, айсоров, арабов, курдов?

Что касается шокирующих Шнирельмана описания фактов участия младотурок — выходцев из общины евреев-саббатианцев (также называемых “денмэ”), в организации и осуществлении геноцида армян 1915 г., то на цитируемых им с. 357-358 книги Айвазяна С. «История России. Армянский след» таковых не обнаружено, что естественно порождает дополнительные сомнения в адекватности и достоверности остального цитируемого Шнирельманом справочного материала.

А в остальном, дорогие закавказцы, очередная порция «горючки» в виде книги Шнирельмана вам доставлена. И крошите друг-друга дальше во имя победы великих идей глобализма.

Г.С. Вртанесян