milhistory.net

И конечно центр, сердце армянского Тифлиса - это Авлабар. Вот и до него добрались. АК ведь по описанию Шардена, посетившего Тифлис в 1671 году, из 20 тысяч жителей армян было 14 тысяч, то есть 70%. Такая же картина отмечалась с наступлением XIX века - в 1800 году они занимали первое место по численности, до 20 тысяч душ или почти 3/4 всего населения (Н. Бердзенишвили "Тифлис - от основания города до XIX века". Книга. 1. Изд. центр Тифсовета, 1934). Начиная с 1864 года численность армян стала неумолимо резко падать. Уже по официальной переписи в 1864 году в Тифлисе осталось 47,4% армян. Уже через 12 лет армян стало 40, 7%. Очевидно армян стала пожирать ассимиляция и выезд за рубеж. Как указывают М. Нейман и П. Иосилиани ("Путевые заметки по Кахетии, Тифлис, 1846. С. 32, 47), армянскими городами были не только Тифлис и Гори в Карталинии, но и Сигнах и Телав в Кахетии. Сигнахских армян боялись, как османы, так и персы.

Армяне занимали доминирующее положение не только в численном, но и в социальном отношении, как по своему значению, так и по разнообразию. В Тифлисе они почти исключительно образовали особое городское сословие - "мокалаков", что буквально означает "горожанин". Вели они своё начало от тех армян, которых армяно-иберский царь Вахтанг Горгасал вызвал в основываемую им столицу. И чтобы их привязать к столице, предоставил им разные выгодные и почетные привилегии, впоследствии к ним присоединилась новая волна армян, вызванная армянкой царицей Тамарой. Царица Царей и Цариц, Абхазов, Картвелов, Ранов, Кахов и Армян, Властительница Ширванша и Шахинша, Всего Востока и Запада, Слава Миру сему и Вере, принесенной Мессией!!!
При ней армянами создаётся светская романическая словесность в прозе, представителями которой являются Хонили, автор «Амиран Дареджаниани», и Саргис Тмогвели, переводчик персидской повести о Висе и Рамине. Наконец, в её царствование был осуществлён перевод одной из глав "Шах-Наме" Фирдоуси Ашотом из Рустави (Шота Руставели) «Витязь в тигровой шкуре». Напомню, что сам Фирдуси скончался в 1020 году. В эту эпоху средневековья он был очень популярен.

Помимо абхазо-имеретино-карталино-кахетинской ветви Багратидов к армяно-халкидонитским княжеским родам т.н. "Грузии" можем причислить следующих (на основе работы Дворянские роды Российской Империи 1721-1917. Том 4. Князья царства грузинского //Под ред. С.В. Думина. М.: Ликоминвест, 1998): Гуриели и Дадиани (родоначальник князь Вардан Дадьян, один из сподвижников царицы Тамары Великой, получил от неё в наследственное управление на правах эриставства Мегрелию, его потомки владели также Сванетией и Гурией); Андроникашвили (Андрониковы) (родоначальник византийский император Андроник I Комнин); Микадзе (по царевичу Иоанну, этот род в Имерети «из области араратской, называемой Никой, откуда пришли и назвались Микадзе в 1042 году»); Мхеидзе; Ратишвили (Ратиевы); Магалашвили (Магаловы); Манвелашвили (Манвеловы); Сагинашвили (Сагиновы); Тавдгиридзе (ветвь Багратидов, от армянского «тагадир», т.е. венцевозлагатель); Гургенидзе; Бараташвили (Баратовы); Кобулашвили (Кобуловы); Моуравовы, Орбеляны (Орбелиани) и их потомки род Чавчавадзе (по Туманову К.Л.); Саакадзе (Саакадзевы); Карабудаговы; Колычёвы (Клычевы). К собственно армянским родам Грузии относят Абамелик и Абамелик-Лазаревых; Аматуни; Бебуташвили (Бебутовых); Бегтабегишвили (Бегтабеговых); Меликишвили (Меликовых); Сумбаташвили (Сумбатовых); Ходжаминасовых и т.д.

Просительные пункты и клятвенное обещание
мингрельского князя Дадиана (фамилия Дадиани в самом тексте написана как Дадьян) при вступлении в подданство России
(по Абашидзе А.Х. Аджария. История, дипломатия, международное право. М.: РАУ-Университет, 1998. С. 57)

2 декабря 1803 г.

1. Я, нижеподписавшийся, князь Григорий Дадьян, законный владетель одижский, лечгумский, сванетский, абхазский и всех земель, искони предкам моим принадлежащих, и самодержавный оных повелитель, от дня подписи сего акта по совершении клятвенного обещания по обряду предаю себя со всем моим законным потомством и со всеми моими владениями, как вышеназванными, так и разными случаями, отошедшими в вечное и верное рабство и подданство высочайшей всероссийской державе, ныне счастливо царствующему всепресветлейшему державнейшему государю императору Александру Павловичу, самодержцу всея России, и высочайшим его преемникам…

Генеалогия армяно-халкидонитской династии Багратидов
(грузинская ветвь от Гу(р) (Хур)-Арама до Тамары)
(по Дворянские роды Российской Империи 1721-1917. Том 3. Князья //Под ред. С.В. Думина. М.: Ликоминвест, 1996. С. 28-37 и Константин Багрянородный. Об управлении империей. М.: Наука, 1989. С. 416-420)

Ещё при царях первостепенными мокалаками были Шадиновы, Абесаломовы, Юзбашевы, Харазовы, Тамамшевы, Татоевы, Измировы, Кишмишевы и др. (Анчабадзе Ю.Д., Волкова Н.Г. "Старый Тбилиси". М.; Наука, 1990. С. 27). Такими же себя называли в конце XVIII и в начале XIX вв. тифлисские жители Ипрумовы, Закарбековы, Шамарзановы, Амировы, Такоевы, Мнацакановы, Шакар-Меликовы, Ратиновы, Питоевы, Бузгаловы и др. Главными составными для присвоения этого "знатного" и "избранного" почетного звания были, как правило, происхождение ("фамилия"), величина недвижимого имущества и капитала, а также несение службы при царском дворе. (Месхия Ш.А. Города и городской строй в феодальной Грузии XVII-XVIII вв. Тбилиси, 1959). Цари оказывали мокалакам особенное внимание и уважение, позволяли им владеть крестьянами на общих туземных правах.

Высокий пост городского головы, как было указано ранее, также в основном принадлежал армянам. Первым в Тифлисе в 1841 году был избран местный армянин И. Измиров. В последующие годы этот пост занимали С. Хатисов, М. Тер-Грикуров, И. Шадинов, Ф. Придонов, З. Гуласпов, З. Амирагов, И. Мириманов, А. Свечников, С. Сараджев, А. Мананов, В. Аршакуни, С. Абесаломов, С. Мириманов, Е. Придонов, К. Шармазан-Вартанов, И. Арцруни, Н. Аладатов, Д. Туманов, Я. Туманов, А. Матинов, П. Измайлов, Г. Евангулов, Н. Черкезов и, наконец, последним эту должность занимал А. Хатисов.
Некоторые из них сыграли значительную роль в процветании города. При Я. Туманове ( 1870-1875 гг.) было введено городское самоуправление и основано Михайловское ремесленное училище (впоследствии — 2-ая мужская гимназия, Нахимовское училище, средняя школа № 25). А. Матинов (1879-1891) способствовал благоустройству Тифлиса важными сооружениями, в частности мостами, водопроводом, городским домом (мэрия), а также проложением трамвайных путей (конка); при нем же — впервые город совершил ряд крупных займов.

Канализация, асфальтирование и газовое освещение улиц — все эти новаторские мероприятия были проведены и вошли в жизнь города благодаря А. Хатисову (1909-1917 гг).
Представители высшего класса тифлисского армянского населения составляли большинство гласных (депутатов) и в городской Думе. В частности, на 1.01.1909 года из 77 гласных 37 было армян. Низший класс тифлисского армянского населения был представлен веселыми и остроумными кинто, занимавшимися продажей фруктов, овощей, свежей рыбы, содержанием духанов, небольших винных погребов, харчевен и проч. Они были в большой моде — вели кулачные бои, пользовавшиеся огромной популярностью у городских жителей, обладали притягательными человеческими свойствами. Все это в совокупности делало их любимцами, а зачастую и героями среди остального населения, особенно среди армян. Тифлис вообще, в более широком смысле, долго являлся ареной для выражения армянского духа. Это был особый город, где все чувствовали себя у "себя", и в первую очередь армяне. Они принимали активное участие в торгово-деловой и культурной жизни города — содержали торгово-ремесленные предприятия и культурно-просветительские учреждения, воздвигали жилые и общественные здания, посещали свои церкви и театры, читали свои газеты, журналы и книги, учились в своих школах и гимназиях.
Немало городских объектов носило армянские названия: Эриванская и Мадатовская площади, улицы Мадатова, Арцруни, Шелковникова, Лорис-Меликова, Тер-Гукасова, Лазарева, Бебутовская, Аргутинская, Коргановская, Нерсесовская, Долухановская, Аштаракская, Эчмиадзинская, Ванкская, Сурбншанская, Сурб-Минасская, Сурб-Карапетская, Норашенская, Армянский базар, Мадатовский и Мнацакановский мосты, Худадовский лес... Такая же картина в целом была характерна и для других населенных пунктов Грузии, где достаточно компактно проживали армяне. Например, армянские церкви функционировали не только в ее столице, но и в Ахалкалаки, Ахалцихе, Сухуми, Батуми, Поти, Цхинвали, Кутаиси, Гори, Сигнахи, Телави, Велисцихе, Цинандали, Греми, Ахалгори, Душети, Коджори, Шулавери, Болниси. Не в меньшей степени армянский дух выражал себя в неповторимых, специфических чертах материальной культуры, быта и досуга.

Известно, что в Грузии издавна проживало много армян, большинство из которых владело собственным жилым имуществом. По переписи, проведенной духовенством в 1821 году, оказалось домов:

"Почти невероятно, но вместе с тем достоверно, — пишет Владыкин, — что в 1803 году в Тифлисе считалось до 2700 домов, из которых более 2500 принадлежало армянам. Таким образом, столица составляла тогда вполне собственность армянскую". (Путеводитель по Кавказу Владыкина, с.300.)
Негри и Гамба, характеризуя демографическую ситуацию в том же городе в первые десятилетия XIX века, свидетельствуют: "Число жителей Тифлиса свыше 20 тысяч. Из 2-х тысяч находящихся в нем домов почти все (не менее 1800) принадлежат армянам". (М.Полиевктов и Г.Натадзе. "Старый Тифлис", Госкомиздат, 1929.)
"Очень большой процент домов, торговых и промышленных предприятий находился в руках армян..." — констатирует в своих воспоминаниях Дм.Шаликашвили ("Свободная Грузия", 29.01.94).
Наконец, Д.Бакрадзе и И.Бердзенов удостоверяют, что большинство домов в европейском вкусе было обязано своим возникновением предприимчивости армян. (Д.Бакрадзе и И.Бердзенов. "Тифлис в историческом и этнографическом отношениях", изд. Г.Беренштама, С-Петербург, 1870 г).
Собственные дома армян располагались в основном в центральной части города. В частности, на Головинском проспекте (ныне проспект Руставели) находились дома Мириманова, Тер-Грикурова, Ананова, Шахмурадова, Арцруни, Сараджева, Онанова, Ротинянца; на Эриванской площади (ныне площадь Свободы) — Сумбатова, Харазова, Тер-Асатурова, Ишханова; в Сололаках, в самом престижном районе — братьев Сейлановых, Тамамшева, Гамбарова, Халатова, Шадинова, Ахвердова, Амирагова, Шароева, Курганова, Алиханова, Манташева, Арамянца, Агабабова, Ионесиани, Питоева, Гургенова, Долуханова, Милова, Бозарджянца, Каламкарова, Казарова, Бебутова, Ениколопова, Тандоева и других. Армяне имели также частные дома на Михайловском проспекте (ныне проспект Давида Строителя), в районах Веры и Авлабара.
Самым большим домом до революции считался дом Манташева по ул.Гановская 3/5 (ныне ул.Галактиона).
Не только жилые, но и ряд общественных, промышленных, торговых и религиозных сооружений, принадлежащих армянам, считались вне конкуренции в отношении своей монументальности. Так, например, самым большим церковным зданием был Ванкский собор, самой большой гостиницей - "Мажестик" (Арамянцевский дом), самым значительным мостом был Мнацакановский, а самыми крупными торговыми объектами считались торговые ряды Манташева и караван-сарай Тамамшева.
Строительство караван-сараев имеет в Грузии давние традиции. Один из первых караван-сараев XIX века принадлежал Арцруни и был выстроен в 1820 году рядом с Сионским собором (ныне Тбилисский этнографический музей). 11 лавок первого этажа занимали портные и сапожники, в 25 магазинах второго этажа торговали европейской и азиатской шерстью, шелком и другими товарами, на верхнем этаже была гостиница на 33 номера.
По плану 1828 года караван-сараев было шесть: Арцруни, царевнин, преосвященного Нерсеса, князя Бебутова, Питоева и Чарвадарова.
В 1830 году у Авлабарского моста возводится караван-сарай Шадиновых, в 1840 году на противоположном берегу — Зубалашвили (Зубаловых), в 1850 несколько караван-сараев строится на Воронцовской улице (Тамамшева в 1835 г., Халатова и армянина Гусейн-Оглы в 1858 г.). Караван-сараи появляются позже и в новых районах Тифлиса - Тамамшева на Эриванской площади, Арцруни на Дворцовой улице.

Кстати, к началу 1840-х годов Эриванская площадь как центр нового города в значительной степени представляла пустырь, прорезанный оврагами, через которые для пешеходов были проложены деревянные мостки. Только со строительством в 1845 году караван-сарая Тамамшева площадь приняла более благоустроенный вид.
В старом Тифлисе было много армянских церквей. В прошлом столетии их насчитывалось не менее двадцати четырех. Самой древней армянской церковью являлась Сурб-Геворг, возведенная в 1251 году, а самой высокой — Шамхорская.
Знаменитые серные бани, о которых с восхищением отзывались А. Дюма, А.Пушкин и другие знаменитые личности, составляли гордость столицы и в основном также принадлежали армянам. Сумбатовская, Бебутовская и Мирзоевская бани считались самыми старыми и были построены в первой половине XYII века. Кроме них, по данным 1916 года, в городе функционировали бани Цовьянова, Тамамшева, Едигарова, князей Абамелика и Аргутинского. Позже к ним прибавились соответствующие заведения "банного короля" Гогилова.
Из 7 действующих до революции мостов два имели "армянское" происхождение — Мадатовский, соединявший одноименный остров о правым берегом Куры, и Мнацакановский (на месте нынешнего 300 арагвинцев).

Процессу картвелизации, которому в первую очередь были подвержены армяне Нижней Картли и Тифлиса, было свойственно преимущественное общение на картлийском языке и с картлийскими семьями, изменение армянских фамилий на картлийские и подражание многим свойствам картлийского национального характера, перенятого ими в результате их византизации (халкидонизации армянами-ромеями Византии и армяно-халкидонитской династии Багратуни). Это общее положение можно подкрепить конкретными примерами. В XYII-XYIII вв. основным разговорным и письменным языком армян был картлийский. Большая часть кахетинских армян считала себя кахетинцами, а немало столичных армянских семей, особенно дворянского происхождения, поддерживали гораздо более близкие отношения с картлийцами, чем со своими армянами. Наконец, на нравах и характере тифлисских армян лежал глубокий отпечаток влияния кинто, характерологический образ которых имел, несомненно, армяно-византийско-картлийскую основу. Разве задорность, веселость, остроумие, добродушие, общительность, щедрость, безрассудная расточительность, ухарский тон и манеры, страсть к разгульной жизни и диким оргиям, которыми сполна обладали пользовавшиеся огромной популярностью кинто, не основные свойства истинных армян-ромеев и их культурных наследников картлийцев?
Эти черты в большей или меньшей степени и сейчас присутствуют почти в каждом т.н. "грузинском" армянине, к какому слою общества он бы не принадлежал. Характер, основанный прежде всего на коммуникабельности, доброжелательности и оптимистическом восприятии жизни в совокупности со своеобразным диалектом, специфическими обычаями и притягательно смачной кухней определяют в целом "грузинского армянина". Кстати, это выражение, часто встречающееся в официальных русских документах XYIII века, подчеркивало разницу между основной армянской общностью и армянским населением в Грузии. Поэтому следует правильно понимать характер "грузинского армянина" именно как потомка армян-ромеев Византии и халкидонитов Багратидов. Византийское Православие сделало своё дело.
Если вас пригласят в гости к незнакомому соплеменнику и, оказавшись за столом, изобилующим вкусными блюдами и божественно-натуральным вином, вы почувствуете доброжелательность и веселый нрав хозяина, а в заключение трапезы в его исполнении станете свидетелем зажигательного танца с хлопанием в ладоши под такт и приговариванием "таши-туши", можете не сомневаться — вы были в гостях у "грузинского армянина".

Главным занятием проживавших в Грузии армян было предпринимательство, в котором они всегда преуспевали, но особенно стали доминировать с начала XIX века. На это обстоятельство указывают некоторые авторы, посетившие Тифлис в данный период времени.
"Армяне, живущие в Грузии, очень деятельны и предприимчивы. Не только вся торговля края, но и все хозяйственные промыслы, хлебопашество, скотоводство, шелководство, огородничество, садоводство и почти все ремесла находятся в их руках", — таковы выводы В. Желиховской на страницах ее книги "Кавказ и Закавказье" (изд.4, Москва, 1913).
"Торговля тифлисская находится исключительно в руках армян", — свидетельствуют русские писатели Зубов и Муравьев. Негри и Гамба, делясь впечатлениями о столице Грузии, пишут: "Наиболее крупные торговые операции совершают армяне — только среди них и встречаются наиболее зажиточные". (И. Полиевктов и Г. Натадзе. "Старый Тифлис", Госкомиздат, 1929.)
Наиболее полная картина этого явления отражена Ш. Чхетия: "Торговый и ростовщический капитал к началу XIX века (и позже) в Грузии был сосредоточен главным образом в руках армян. Последние взяли в столице в свои владения почти всю частную собственность и торговлю. Подобное положение имело место и в дальнейшем. Во 2-ой половине 1860 года в Тифлисе числилось около 3000 лавок и торговых заведений — большинство из них содержалось армянами. Так, из 17 караван-сараев 14 принадлежало им (Бегбутянц, Арцруни, Ананянц, Херодинянц, Корхмазянц, Шиоянц, Шадинянц, Мовсесянц, Саркисянц, Варданянц, Халатянц, Тамамшянц и др.). Армянам же принадлежало большинство гостиниц, винных складов, духанов. Приблизительно 2/3 торгово-промышленного класса составляли армяне". (Ш.Чхетия. "Тбилиси в XIX столетии", изд. АН Гр.ССР, 1942,с.65,166,209.)
Торгово-промышленный класс, представленный в основном купцами и ремесленниками, был в целом армянским поприщем, занимавшим почти безраздельное, привилегированное положение в т.н. "Грузии".

Галерея славных городских ремесленников была представлена не только кожевниками, но и гончарами, ткачами, портными, ювелирами, "оружейных дел мастерами", сабельниками... Последние были объединены в цех, имевший свой торговый ряд. Оружейный ряд, ответвляясь от Армянского базара, спускался с запада на восток к Экзаршеской площади. Искусство оружейников-армян пользовалось большим спросом и было известно далеко за пределами т.н. "Грузии". В частности, в 1820-1860 гг. в Тифлисе самыми известными мастерами сабельных и кинжальных дел были члены семейства Элиаровых (Элиазаровых), которые владели секретом особой сварочной стали из булата и первыми в России стали выделывать клинки из булатной стали. О качестве изготовляемых ими сабель, о которых знал даже Николай I, отмечалось: "При испытании этого булата отсекали одним ударом голову быка или коровы ".
Прославленным мастером оружейных и серебряных дел считался также Иосиф Папов, живший и работавший в Тифлисе в 1842-1869 гг. Будучи участником многих выставок, он в 1862 году получил право изображать государственный герб Российской империи на вывеске и изделиях.
Среди ювелиров пользовались известностью изделия "золотых и серебряных дел мастера" Мнацакана Белибекова, значавшегося в списке мастеров с 1856 по 1877 г., также участвовавшего в международных выставках.
Приобретение качественного, натурального вина в сельских местностях и их последующая продажа в городе являлось предметом деятельности скраджи. "Важным событием бывал приезд покупщиков вина из Тифлиса, — пишет в своих воспоминаниях Дм. Шаликашвили, — покупщики эти, скраджи, были из года в год одни и те же и в большинстве случаев армяне... После заключения сделки скраджи должен был оставить традиционные подарки в виде разных продуктов, среди которых главную роль играла сушеная рыба, балык. Получал он тоже подарки: чурчхелы, виноград, фрукты". (Воспоминания Дм. Шаликашвили. "Свободная Грузия", 29.01.94.)
В отличие от указанных представителей торговли на гораздо более высокой ступени финансовой и социальной иерархии располагались купцы, совершавшие наиболее выгодные сделки и владевшие большим личным имуществом. Подобные "завоевания" относились в первую очередь к купцам I гильдии. Независимо от категории они специализировались на торговле отдельных, специфических товаров, в частности сахара, шерсти, мануфактуры и т.д. Некоторые из них достигали поразительных успехов в своем деле и являлись по существу новаторами. Например, армянский купец из Абхазии В. Бузоглы впервые организовал у себя разработку самшитовых, буковых и тиссовых лесов и экспортировал их древесину во Францию и Англию, а купец-чаеторговец Амирагян стал инициатором культивирования чайных плантаций /на Кавказе, в частности в Аджарии (газета "Нор-Дар", 1886, № 58).
Среди влиятельных и именитых тифлисских купцов необходимо назвать Г. Завриянца, С. Абисаломянца, М. Тер-Григорянца, М. Арамянца, А. Мелик-Азарянца, М. Мирзоянца, М. Ростомянца, К. Мнацаканова, братьев Тамамшевых, Цовьяновых, Кетхудовых и других.
О владении крупными купцами имуществом в Тбилиси подробно говорится в документе от 1773 года о разделе братьев Пиркуловых, которые кроме отдельных домов и прилегающих участков имели в столице, в районе Вера 12/3 мельницы, в Авлабаре — участок для гостиного двора, кирпичный завод (агурхана) со своей землей и 22 лавки в различных кварталах города. Эти же купцы владели и крепостными (Ш.А. Месхиа. "Города и городской строй в феодальной Грузии, XVII-XVII1 вв.", Тбилиси, 1959, с.186).
Следует отметить, что богатые и влиятельные купцы жили в т.н. "Грузии" еще со средних веков. По словам К. Гандзакеци, в то время как монголы в 40-х гг. XIII века беспощадно грабили картлийские города, они с особой почтительностью обращались с жившим в то время в Тифлисе богатым и влиятельным купцом Умеком. Кроме того, в период когда картли-кахетинские цари Давид Улу и Давид Нарин восстали против монголов (1259-1260 гг.), управление Тифлисом монголы поручили крупному купцу армянину Шадину (тот же источник, с.48).
Армянские купцы держали в своих руках и нити рыбного промысла на реке Куре, которая сдавалась в аренду. С 1847 по 1880 гг. ее арендаторами были тифлисские купцы Мириманов, Мирзоев и Ананов. В дальнейшем, когда аренда стала распределяться по участкам, наибольшее их количество принадлежало также богатому тифлисскому купцу И. Питоеву.
Плодотворная деятельность армянских купцов и ремесленников часто выходила за узкоспецифические рамки и приобретала важное значение в рамках государства. В частности, в ХII-ХIII вв. они играли большую роль в хозяйственной жизни Грузии и находились под покровительством грузинского царя. (В. Налбандян. "Тбилиси в армянских литературных памятниках древних и средних веков", Армгосиздат, 1961.) В тот же период при царице Тамаре перебравшаяся из Армении богатая знать увеличивает вес местной торговли, способствуя экономическому благосостоянию Тифлиса. (Н. Бадриашвили. "Тифлис - от основания до XIX в.", кн.1, изд.сектор Тифсовета, 1934.) Но наибольший расцвет экономической жизни столицы и в целом Грузии связан с появлением плеяды крупных армянских капиталистов.
Капиталисты из армян были известны уже в периоде самостоятельного существования грузинского царства: Мдиван Манучар при Ираклии II, Ванели Геурк и Артем Богданов при Георгии XII выдавали ссуды именитым аристократам под залог городской или сельской земельной собственности. С развитием индустриализации появляются капиталисты новой формации, взращенные усилиями армянской торговой буржуазии.
С XVII столетия армянская торговая буржуазия, используя свои капиталы и экономические возможности в составе обширнейших государств Османской империи, включая западную и восточную Армению и Иран, стала играть видную роль на всем Ближнем Востоке. Одновременно она при помощи тех же своих капиталов стала выделять из собственной среды промышленную буржуазию, заняв преобладающее экономическое положение в Закавказье, в том числе и в т.н. "Грузии".
С начала XIX века и в дальнейшем армянская промышленная буржуазия играет первую скрипку в жизни Тифлиса. "Тифлис, как и вся Грузия, - пишет Клапрот, - прежде была очень бедна. Но армянская промышленность и значительные денежные средства из России подняли его благосостояние".
По статистическим данным, в конце XIX века 62% предприятий торговли и промышленности Тбилиси принадлежали армянскому капиталу, его доля в обороте составляла 73%. 66% акционерных банков также были собственностью армянских капиталистов.
"В Тифлисе армяне имеют чугунолитейный, маслобойный, мыловаренный, кожевенный, кишечный (для струн), фанерный заводы, бумаго-прядильную, красильную и войлочную фабрики", - эти данные приводятся в книге М.Нейман "Армяне", изданной в С-Петербурге в 1899 году. К 1858 году в столице Грузии насчитывалось 71 промышленное предприятие, к 1879 году - 214, большинство из которых принадлежало армянам. Среди них были сравнительно крупные предприятия, на которых работали сотни, а иногда и тысячи рабочих. Так, на заводах Адельханова до 2000, на механическом заводе Яралова 900, на фабрике Энфианджианца 600 человек. (Ш. Чхетия. "Тбилиси в XIX столетии", изд. АН ГрССР, 1942.)
В начале XX века важнейшие фабрики и заводы Тифлиса принадлежали армянам ("Кавказский календарь", 1917).

Чуть ли не самая правдивая карта