В исторической науке вооруженных сил Малой Армении касались вскользь, для дополнения полной картины армии понтийского царя Митридата VI Евпатора (132 г. до н. э. – 63 г. до н. э., царь с 111 г. до н. э.).
До Митридата понтийская армия в основном комплектовалась наемниками, в частности галатами и греками[1].
Молодой Митридат много лет провел в Малой Армении. Ему покровительствовал царь Малой Армении Антипатр (конец II в. до н. э.), который в 112 г. до н. э. завещал свою страну Митридату. Долгие годы, проведенные в Малой Армении, отвоевание престола Понта с помощью Антипатра[2], несомненно, убедили Митридата в том, что армянские силы Малой Армении чрезвычайно боеспособны, и можно опираться на них для активной политики. И он в течение всего времени своего правления использовал высокие боевые качества армянской армии.
Об армянских военных имеется интересное свидетельство в одной ольвийской надписи, где в числе разных событий говорится о переводе из Синопа в Ольвию гарнизона арменов (армян) для защиты города от нападения скифов[3].
В исторической науке эти сведения о гарнизоне вызвали большой интерес и породили разные мнения.
М. Ростовцев и А. Вильгельм считают, что в надписи речь идет об армянских воинах[4].
После Ростовцева и Вильгельма к этой надписи обратился С. Жебелев, подробно ее проанализировав. Жебелев отрицает, что речь идет об армянских воинах, полагая, что надпись повествует о греческом населении города Армене (так пишется в русских переводах название города hАрмене – С. С.) - пригорода и порта Синопа, и «аргументирует» это довольно примитивным образом.
Он считает, что если бы вместе с упоминающимся в надписи словом «Αρμένιοι» (буквально переводится как «армяне» - С. С.) фигурировало какое-то определение, например, «часть», или «много» (то есть, если было бы написано «часть армян», или «много армян» - С. С.), и было бы отмечено, из какого города Армении их переселили, тогда стало бы ясно, что речь идет об армянах. Кроме того, Жебелев недоумевает, как можно представить переселение армян в Ольвию, которая от Армении отделена не только Черным морем, но и обширной территорией суши. И, наконец, по заключению Жебелева, как отнеслись бы ольвийцы (основная масса которых являлась греками) к армянам, которые для греков были такими же «варварами», как и нападавшие на Ольвию скифы[5]?
После Жебелева к этой надписи обращались М. Максимова[6], Е. Молев[7], Н. Ломоури[8].
М. Максимова гипотезу С. Жебелева считает ошибочной и констатирует, что в ольвийской надписи речь идет не о жителях Армене, а о настоящих арменах (армянах – С. С.), в качестве гарнизона переселенных в Ольвию, возможно, из Малой Армении[9].
Е. Молев, анализируя заключения С. Жебелева, справедливо отрицает их и четко показывает, что в надписи речь идет об армянах, а не о жителях Армене[10].
Удивительно, что после заключений М. Максимовой и Е. Молева Н. Ломоури настойчиво продолжал утверждать, что в надписи упоминаются жители Армене, а не армяне, делая это не напрямую, от своего имени, а косвенно - ссылаясь на все того же С. Жебелева[11].
Вполне соглашаясь с М. Максимовой и Е. Молевым и ничуть не сомневаясь, что в надписи упоминаются именно армянские воины, хочу добавить некоторые соображения в пользу этого довода.
