milhistory.net

Кстати, относительно этого сражения наметился интересный вопрос. Дройзен (Том 2, глава 8) пишет: "...на краю этого (левого - L) крыла находилась 1 000 индийских и армянских стрелков и копейщиков, которые особенно искусно умели сражаться,". У автора нет сноски, но он очевидно ссылается на Диадора (XIX, 29, 2), у которого, однако, читаем: "(2) На этом крыле он разместил конных лучников и копейщиков из Мидии и Парфии, численностью в тысячу человек, людей хорошо обученных перемежать отступления и нападения"??!!

Так как же по Диадору конныe лучники и копейщики из Мидии и Парфии стали стрелками индийскими и армянскими??

Ответ на данный вопрос интересно было бы получить, но вот лично я склонен доверять именно Диадору и потвердить, что здесь мы имеем дело с баналной путаницей или неразбирихой с переводом.

В отгинале у Дройзена: "1000 medische und armenische" - с мидянами/индийцами раобрались, остается вопрос относительно /парфян/армян И хотя агрессия камрада удивляет, но все же Спасибо Maj. Buzzard.

Это еще нечего - мне вот очень интересно знать, как парфяне стали армянами??

Вот наверно все же еще одна ничейная битва - Битва при Каллинике, которая произошла 19 апреля 531 года, между армиями Византийской империи под командованием Велизария и Сасанидская империя под командованием Азарета.

Непосредственный результат битвы является, скорее всего, неопределённым. Византийская армия понесла тяжёлые потери и утратила на месяцы боеспособность. Однако и персы понесли слишком большие потери, чтобы продолжить выполнение поставленных изначально задач. Прокопий сообщает, что Кавад I счёл результаты компании, в которой не был захвачен ни один город, а потери огромными, провальными и отстранил Азарета от командования...

Я вот смотрю издание Диадора АН АрмССР под редакцией А.Н. Кркяшаряна, там однозначно говорится про Мидию и Парфию. Вот так, вот...

Очередная ничья - битва у Хамадана 1188 года.

Сражение произошло осенью 1188 г. в окрестностях Хамадана. Армия халифа, выступавший против Тугрула III, Иракского Следжукида, использовала катапульты, метавшие сосуды с горящей нефтью. Как пишет Равенди, в результате применения этого оружия люди и кони сгорали на месте. Правый фланг армии султана понес наибольшие потери и отступил. Однако войска Тугрула III провели удачную атаку, нацеленную на центр боевого порядка противника. В результате атаки центр был смят, а везир халифа взят в плен.

Обе армии были вынуждены отступить, соответственно, в Хамадан и Багдад. И хотя такой исход сражения нельзя было назвать поражением сельджукского султана, его армия была практически уничтожена. Тяжелые потери понесли и багдадцы...

Еще одна ничья - битва у Ливидург июнь, 587.

И вот они спустились с горы Гема к Калвомунтису и Ливидургу 21 с намерением вступить в сражение и заметили невдалеке кагана, стоящего спокойно лагерем: безо всякой предусмотрительности он разбил свои палатки приблизительно в четырех милях, так как вся его орда была рассеяна по Фракии. 4. И вот Коментиол, приведя в порядок все войско и выстроив его в единый боевой строй, дал знак к выступлению. Он дает приказ двигаться к Астике, провести ночь настороже, а на следующий день напасть на кагана подобно урагану и при столкновении произвести возможно большее избиение. 5. Но какая-то злая судьба решила нарушить все эти точно начертанные планы военачальников: подобно трутню, она истребила все соты его благих намерений и похитила весь мед трудов стратига, собиравшего его, как пчела, с великим старанием. 6. Когда солнце показало тыл печально-мрачной ночи и сияние прекраснейшего и светозарного светила было подавлено и устранено могуществом ночи, одно из вьючных животных свалило набок положенный на него груз. 7. Случилось, что хозяин этого животного шел впереди. Следовавшие позади, видя, что это животное так плохо тащит взваленную на него поклажу, стали кричать его хозяину, чтобы он вернулся и поправил этот непорядок. 8 . Это послужило поводом к замешательству, и само собой вышло, что воины стали двигаться назад; большинство, услыхав крик, превратно истолковало его, ложно поняв то, что там хотели сказать; им показалось, что это знак к отступлению, как бывает, когда внезапно появляются враги и нарушают этим все предположения. 9. Войско охватило великое смятение, а от этого произошел сильный шум; всякий зашедший далеко стал кричать, чтобы возвращались назад, и каждый советовал друг другу, говоря на своем родном языке, повернуть назад: "торна, торна", — кричали они в величайшем смятении, как будто ночная битва неожиданно завязалась у них за спиной. 10. Вследствие этого весь боевой строй рассыпался, как рассыпаются струны на лире. Вследствие этого каган вторично избежал опасности — на этот раз наиболее сильной — и со всех ног бросился бежать из этих мест, где он привык было держаться. Он перешел на другое место и еще более удивительным образом, чем в первый раз, счастливо спасся от врагов. 11. Приблизительно то же делало и ромейское войско; получилось, таким образом, взаимное бегство; какой-то ложный страх охватил ромейское войско и несуществующая опасность приводила его в смятение. 12 Но даже и при этом было убито много аваров, хотя для обоих войск это столкновение было неожиданным, ибо, когда некоторые из ромейских воинов повернулись против неприятелей, они с блестящей доблестью и успехом вступили в бой с врагами...

Феофилакт Симокатта 2.15.3

...каган после этого направился к югу, прошел чрез Фракию и подошел к длинным стенам. Коментиол, скрывавшийся в лесах Гемских, вышел оттуда вместе с Мартином, и застал кагана совершенно не готовым к битве,– так как множество варваров рассеялось по Фракии; Коментиол подступил к кагану в первую стражу ночи и имел в своих руках отличное средство поправить дела, если бы только какая то злая судьба не испортила его предприятия. С одного лошака упал вьюк: погонщик, поправляя вьюк закричал хозяину лошака на родном наречии: торна, торна, фратре! Хозяин лошака не слышал этого крика, но солдаты слышали, и думая, что на них напали враги, обратились в бегство, крича множеством голосов: торна, торна! (т. е. воротись, воротись!). Каган, с своей стороны объятый великим страхом, также бежал, как конь без узды. И можно было видеть, что авары и римляне бежали друг от друга, и никто не преследовал.

Феофан Исповедник

Я тоже думаю, что здесь какая-то путаница на лицо...

Вот именно!

В 793 году войска Хишама Кордовского провели поход... армия перешла Восточные Пиренеи, разграбила Нарбонну (по другим сведениям, лишь предместья Нарбонны, но не смогло взять город) и подступила к Каркассону. Её задача упрощалась тем, что король Аквитании Людовик I был занят войнами в Италии, и сопротивление христиан было дезорганизовано. В конце концов франкская армия, которой командовал Вильгельм Тулузский, дала бой арабам под Тулузой. Битва расценивается хронистами как равная, но, тем не менее, арабы решили не продолжать наступление, и через Нарбонну отступили обратно на Пиренейский полуостров.

Очередной ничейной битвой можно считать Битву на Каталаунских полях 451 года.

Современник сражения Проспер, наблюдавший за событиями из Рима, записал в своей хронике нерешительный итог сражения:

«Хотя в этом столкновении никто из соперников не уступил, произошли не поддающиеся подсчёту истребления погибавших и с той и с другой стороны, однако гуннов сочли побеждёнными потому, что те, кто выжил, потеряв надежду на успех в сражении, вернулись восвояси.»...

Еще одна ничья - Битва у Салмаста в декабре 944 года.

Несколько месяцев назад до этого сражения армия Киевской Руси напала на Саларидов и, захватив Партав, осела там. В то же самое время в нападение перешли Хамданиды. В итоге Салариды оставили критически мало сил для блокады или, скорее, для минимизации угрозы с стороны осевшего в Партаве противника, а сами с основными силами в декабре того же года отбили Хамданидов, после чего уже с основной армией возобновили осаду Партава. Перевес вроде все же остался за Хамданидами, но тяжелые потери и обильный снегопад не дал им некакой возможности развить успех... если оно конечно и было.